Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

promo anatoliy_121 may 31, 2019 14:12 3
Buy for 20 tokens
Отец и сын. Аркадий Петрович Старый жил себе в Нальчике самой обычной жизнью. Пятьдесят три года. Рост метр семьдесят, вес шестьдесят килограмм, шатен, женат. Сын Георгий заканчивает второй курс на истфаке КБГУ. Аркадий Петрович работал в банке, жена Татьяна трудилась в первой школе учителем…

Manifest grafomana

Соскучился по хорошей литературе. Стал её создавать. Фантастика, мистика и прочие хронооперы мне не по плечу. А вот разное неформатное, это да. Делюсь текстами в Ватцапе с пролетариями. Народу нравится - и дамам и господа-товарищам.

Я не Пелевин, я от сохи почти. Я пахарь Дикого Поля боллитры и беллетристики. Все страждущие, айда до моей страницы на АТ. А самые ленивые просветятся в соцсетях. Все голодные, я накормлю вас серым скрепным хлебом посконности и кунжутом новых русских странных сказок и крупной солью Казачьего Юга. Все уставшие от сталкеров и прочих новых инквизиторов, вкусите блин суровых буквиц странного романтизма, посмейтесь над бредом Южного Магического Реализма, и возрайдуйтесь ручью вульгарной словесности странных персонажей.

Я открываю вам врата Юга, уставшие от Лапси и Территорий. Я буду смешить и пугать вас, я убаюкаю вас путиной странных предложений и спасу вас от хищных когтей боллитры, ибо я новый сверхграфоман с круассаном и бутылкой самогона. Я Анатоль, я ужас московских мэтров и питерских еврооких прохожих. Я сам себе промоутер и Путин. Хотя местами меня бонапартит. Я простой великий человек нашей, вашей, всеобщей империи духа цифра и слова и имя мне Анатоль...

Лайки приветствуются, а дизлайки. 🙄

Дизлайкате, обижайте нищего литератора, а уж я запишу вас в блокнот Торквемады из зелёного пергаиюмента маде ин Чайна... 🇨🇳

Пафнутьич декабрь 2020 Персонаж был придуман поэтом Игорем Мазуренко

Старик Пафнутьич вышел на крыльцо бункера и вымолвил во вселенную, как ни странно, по русски, да почти нормативно- день то ноне антиковидный, зхма.
Из глубины бункера пропищал тенорок Матрёны - а точно ли баешь батюшка, можно ль до ветра без маски идти, кормилец?

Сиди в из...бункере - по путински, чётко ответил старик, закурил самокрутку воронежского табака, довольно матернулся и сказал вселенной - наш человек готов завсегда к любой зиме - хучь ядрёной, хучь ковидовой. А потом пошёл без маски до ветра. А зачем маска, коли есть хороший армейский противогаз.

Заморские пословицы

Заморские пословицы

В Техасе Трамп президент.
Нечего на расу пенять, коли кровь полна наркотой.
Печатный станок бакс бережёт.
В квартире клопы, а в конгрессе дедушка.
Ума нет, считай жертва супрематизма.
Зима так ненавидит бэлээмовцев.
Америка любит приезжих. Но ещё больше ненавидит.

То снег, то весна

Синоптики обещают к воскресенью аж плюс тринадцать градусов. Вот такие скачки погоды - от небольшого минуса и до +13. Ой боюсь, что на выходных голова будет болеть.

Хотя, это лучше, чем минус 13. Но тоже неприятно. Организм то настроен на относительный холод, а тут весна в декабре. Не погода, а сказка "12 месяцев"

Про книгу Юрия Мори "Наполовину друг"

Дочитал вот сегодня книгу "Наполовину друг" Юрия Мори (в миру Жукова) Книгу я специально читал подольше - растягивал удовольствие от чтения.

Книга получилась очень динамичной и искромётной. Сюжет приключенческий, в антураже лёгкого пост-апа с налётом фантазийности и чёрного юмора (местами злой сатиры)

Главный герой Вран, волею судьбы круто изменил свою жизнь. Был он сельским неудачником, а стал настоящим героем-пассионарием. Он потерял самых близких людей, узнал цену лиха, убивал и сам был не раз в полушаге от смерти. У него есть уникальный дар, но какова цена этого дара? А цена наверно будет немалая. Автор очень строг к своим героям - в его книгах финалы не распрекрасные, а максимально реалистичные, то есть жестокие. Даже жаль Врана, но жизнь сурова - обретаюший многое и теряет немало. Кто жизненный уют, кто своё счастье: иные и голову кладут на эшафот ради своих убеждений. Всё как в реальной жизни.

Но пока Вран побеждает врагов и находит нежданный союзников. А впереди неизвестность и новые испытания.

Но сюжет крутится не только вокруг Врана. Книга знакомит читателей с наёмником Санчо, который заменил Врану родителей. Санчо совсем не праведник, но готов положить жизнь за этого паренька. Ещё есть Кая - случайная попутчица, любовь всей жизни главного героя, или расчётливая ведьма - любовь дело хорошее, но любовь ничто перед долгом? Пока тоже непонятно.

Абсолютных злодеев тоже нет. Папа политик, может быть он не такой гад, но он в первую очередь очень влиятельный сукин сын и у него есть своё, хоть извращённое, но чувство долга. Лютоволк тоже не сверхзло - солдафон, эгоист, обжора и злобный мудак, но по своему хитрая тварь- очень реалистичная сволочь. Такие говнюки с лихвой заменяют супер злодеев.

А ещё есть шаманы, воры, лекари и местечковые князьки. Кругом же деградация, дикость, да чертовщина. То сектанты, то психи, то блин настоящие демоны. Веселуха ёшкин кот.

Не знаю, захочет ли Юрий писать продолжение, но я очень надеюсь, что мэтр напишет и второй том, и третий том приключений Врана и его соратников.

(no subject)

Сейчас зима, сейчас дожди и туманы. Погода не располагает к лёгкому чтению. В такие мрачные вечера, у меня странный выбор книг.

Я читаю Дневник писателя Достоевского и Бледное пламя Набокова, с большим интересом вчитычаюсь в воспоминания Бунина и Булгакова. Пушкин, Лермонтов и Чехов улетают как пирожки.

Из импортных авторов я могу перечитать Шекспира и Золя, Джека Лондона и Марка Твена, хотя далеко не всё перечитывается у них. Очень редко, но я перечитываю Ремарка. Последний раз, года четыре назад.

Именно в такую погоду, когда за окнами не пойми что, я читаю такие вещи. А пойдёт снег, так я вновь вернусь к фантастике и мистике, историческому детективу и популярной политологии.

Первый день декабря в лирике

Первый день декабря

Я в тисках пустоты.
Никого рядом нет.
Только лают собаки -
В полях и лесах.

На часах шесть утра,
За окном пустота.
Я пишу при свече,
И боюсь тишины.

Только в радио треск.
Вот ни слова с утра.
Если кто ещё жив,
Отзовись помолись.

Но в эфире тоска,
Пустота и беда.
Хочешь плачь, хочешь ври -
Свою душу гноби.

Ну, а я хрен сдадусь.
Заору помолюсь.
На охоту пойду,
В ночь стихи напишу.

Я как тот самурай,
Не сдаюсь никогда.
Пусть чума, пусть беда -
Но уйдут холода.

Ты однажды придёшь,
Да дневник мой найдёшь.
Света луч принесёшь,
И спасёшь обретёшь.

Осенняя сказка перед сном

Осенняя сказка.

Кирилл Кириллов.

Однажды, в последний месяц осени, когда вечерний, промозглый туман брёл по закоулкам Зёльдбурга, в корчме «Перо и Кот» собрался цвет местного общества.
За дубовыми столами ели и пили длинный и тощий нотариус Сильвиус Глюк, длинноносый и лопоухий судья Анхред Топилиус, лысый как яйцо близорукий и кривоногий банкир Иаков Роденталь, помощник бургомистра Иеремиус Кошего, очень родовитый, гордый и бедный, а также и бледный, тощий барон Магнус фон Штилле и другие, достославные горожане. Корчму освещали толстые свечи на столах и непотухающие факелы на стенах работы местного алхимика Карла - Пауля Моргенштейна.

Столы стояли у маленькой сцены. На сцене бренькала на лютне Изольда Браун, а знаменитый поэт, мистик, рассказчик, гуляка и любитель чужих жён Тиль Майер рассказывал скабрезные истории из жизни баронетов, герцогинь, князей, маркграфов, маркизов, беев, королей, бояр и султанов со всего света. Зал смеялся, а судья Топилиус даже упал с колченогой табуретки. Падение сопроводилось нелестными словами в адрес жены достойного судьи и всех её родичей.

Рассказчик прервал забавную историю про ревнивого раввина, его юную жену и влюбчивого ландскнехта Филиппа Шварца и предложил достойному собранию поведать сказку. Бюргеры несколько мгновений стучали ложками по столам, после чего замолчали.

Было тихо. Тишину нарушали лишь переборы лютни и шуршание мышей под полом.
Тиль немного помолчав, начал рассказывать собравшимся сказку.

Во времена старинные, когда прадеды наших прадедов были младенцами в холщовых пелёнках, по дорогам Европы странствовал бродячий мыслитель, рыцарь и романтик Густаво Флорес. Был он самым младшим из пяти сыновей благородного графа Карлоса Флореса из северной Наварры. Следовательно, взрослая жизнь молодого и бедного графа была полна приключений. Он блистал остроумием в королевских дворах Европы, смог сбежать из Тауэра, избежав плахи, облапошил визиря Кордовы на полный мешок сарацинского серебра, и успел унести ноги от злых шляхтичей магната Стурского, так как обрюхатил его единственную дочь пани Лежбету.

Как-то раз, осеннею порою, дорога странствий занесла дона Флореса в маленький шведский, приморский городок Штранкильде. Местные жители обратились к благородному идальго с просьбою извести дракона, досаждавшего горожанам. То ратушу спалит, то корчму, то простите, нагадит на рыночную площадь. Не дракон, а подлая гадина. А уж за умерщвление дракона магистрат заплатит благородному рыцарю двести марок серебром. Граф тут же согласился, наточил меч и на верном, пегом жеребце Франциске поскакал по дороге из жёлтого кирпича, разбрызгивая осеннюю грязь.

Густаво долго скакал и за час до заката прибыл к пещере, где обитал местный дракон.
В пещере воняло скисшей брагой и драконьим потом. Рыцарь чихнул, вытер нос батистовым платком и крикнул – Выползай на поединок, скотина. Буду рубить тебя на фарш для биармийских пельменей. Дракон лениво послал молодого героя в анатомическом направлении. Густаво Флрес упал с коня и ушиб седалище. Трусливая кляча резвым галопом унеслась в сторону Штранкильде.
Отважный идальго не спасовал, поднялся с земли и вытащил меч из ножен. После чего с криком – За милую Наварру и рыцарство цивилизованной Европы – бросился на подлое чудовище, ударил дракона по хвосту и сломал меч об непробиваемую чешую адского монстра. Наварец заплакал, утирая скупые слёзы батистовым платком, подарком прекрасной пани Лежбеты.
И вдруг дракон сказал молодому герою – А давай выпьем.

Они пили до самого рассвета. Густаво жаловался на трудную судьбу непризнанного романиста и поборника всего хорошего против всего плохого и недостаток талеров в старом кошельке. Дракон поддакивал и ругал скандинавов за их нетерпимость и неуважение к драконьим потребностям.

После полудня Густаво Флорес слегка покачиваясь пошел в сторону датской границы. В рыцарском кошельке лежал презент от дракона – рубин размером с утиное яйцо. А добрые горожане Штранкильде так и не дождались триумфального возвращения иностранного рыцаря с головой дракона. Через месяц идальго прибыл в Париж, где и умер благополучно через восемь лет от цирроза печени.

Конь тоже не доскакал до шведского городка. Его съели волки. Дракон же девяносто лет злобствовал, пока однажды не съел больную киевским гриппом овцу. Заразившись гриппом дракон улетел на украинскую гетманщину, где женился на драконице из говерлской пещеры и жил ещё пару веков под именем Жруна Билого. Через двести лет дракон покончил жизнь самоубийством, хотя... Это совсем иная история.

Зёльдбуржцы долго стучали ложками по столам и кидали к ногам рассказчика медные и серебряные монеты. А Тиль испив кубок с мадерой, почти дорасказал до конца скабрезную историю про ревнивого раввина, его юную жену и влюбчивого ландскнехта Филиппа Шварца, но упал на сцену и захрапел.

ВОТ И ВСЁ...